Производители детской одежды Поволжья рассказали о том, что сдерживает рост швейного бизнеса

Печать E-mail
27-04-2023 13:18 | RDT-INFO.RU

Бизнес по пошиву детской одежды в Поволжье за последний год испытал турбулентность, но быстро восстановил показатели. Компании нарастили производство: спрос на их продукцию есть. Производители детской одежды рассказали газете «Реальное время» о том, что сдерживает рост швейного бизнеса.

Производители детской одежды в ПФО

ООО «Балу» (Тольятти), производящее детскую одежду торговой марки «Балуша», раньше специализировалось на «грудничковом» ассортименте — для малышей до двух лет, а теперь расширяет ассортимент на детей постарше. Ощущение такое, что последние события не способствуют рождаемости — одежда для самых маленьких стала покупаться в меньшем объеме, нежели раньше. Причем началось это в коронавирус, а события минувшего года тенденцию подкрепили. Марина Гвоздева, директор предприятия, объясняет:

— У нас поубавилось клиентов, просело количество конечного потребления. Мы сами торгуем только оптом, наша продукция распространяется в магазинах наших партнеров. Сказалось тут и «запустение» в торговых центрах, где арендовали точки многие наши партнеры. Часть из этих небольших предприятий просто не пережила происходящих потрясений: не выдержала долгого закрытия торговых центров, а потом — спада их посещаемости. Не секрет, что освобожденные после ухода западных брендов площади пока так и не заполнены, ТЦ по всему Поволжью стоят полупустые. Свой эффект оказали и отложенные беременности.

Она рассказывает, что сильного пересечения с западными брендами у ее компании не было, но все же после освобождения некоторых ниш она видит для себя возможность потенциального роста. В том числе поэтому на предприятии увеличили размерные линейки (теперь шьют одежду не только для младенцев, но и для детей до 7 лет), начали отшивать спортивные костюмы и фэмили-луки.

Аркадий Иванов, директор ООО «Пике» (Новочебоксарск), которое производит домашнюю трикотажную одежду, в том числе для детей, констатирует, что рынок пошива готовой одежды в Поволжье очень конкурентный. И характеризует сегодняшний день как время возможностей:

— Сегодня есть много новых перспективных направлений для каждого бизнеса. Развиваются маркетплейсы, увеличиваются оптовые продажи, прирастают офлайн-магазины. Во время ухода западных компаний был некоторый хаос, но даже несмотря на то, что никто не знал, что будет дальше, у всей отрасли росли продажи. Наши коллеги приросли за прошлый год минимум на 10%. Мы — меньше, но только потому, что прибавили 50% в течение 2021 года после пандемии. Это произошло за счет увеличения объемов производства, оптовых каналов. Мы работаем в сегменте домашней трикотажной одежды, и необеспеченного спроса у нас сейчас процентов тридцать. Мы могли бы продавать больше, но упираемся в то, что не хватает рук. Но в целом сейчас возможностей очень много. Рынок конкурентный, но все уживаемся.

Однако он отмечает, что нужно осторожно относится к идее напропалую кидаться в освободившуюся нишу. По его мнению, это хорошая мысль для больших и узнаваемых брендов, а не для малых производств:

— Рынок еще не занят полностью, думаю, еще пара лет для того, чтобы он сформировался, есть. Но для нас, например, сейчас открыть 100 магазинов по всей России — слишком дорого и рискованно. Так что я считаю, нам лучше сейчас не бросаться в погоню за крупными брендами, а следовать своим путем, планомерно развиваться, прирастать из года в год на 20—30%. Потому что любой взрывной рост требует больших инвестиций и большого риска, да еще и в сегменте розничных продаж, где у нас совсем мало опыта, зато много больших конкурентов. Большие риски несут большие потери, инвестиции надо возвращать. Так что мы выбираем планомерно двигаться в своем направлении и спокойно увеличивать темпы производства.

А вот вопросы с тканью и фурнитурой швейные производства решили, причем достаточно быстро.

Марина Гвоздева («Балу») говорит, что раньше предприятие закупало некоторую часть итальянских и польских тканей. Но им нашлась замена: на смену европейским брендам пришли китайские, турецкие, арабские, а кое-где и российские (например, пеленочная фланель, бязь и ситец). Появилось, по словам специалиста, много узбекских тканей достойного качества по приятной цене. По-прежнему сильна Турция: ее аналоги итальянских и польских тканей оказались такими же по качеству, но в разы более дешевыми. Белорусские производители предлагают качественное льняное полотно. Интересно, что юг России оказался активным по тканям: к примеру, нишу итальянских вязаных тканей для пледов и свитерочков внезапно закрыл для тольяттинского производителя Пятигорск. Оказалось, что в России производится и достойная фурнитура — но с поправкой на то, что все-таки «Балу» производит детскую одежду. Марина Гвоздева объясняет:

— Для нас, выпускающих детскую одежду, есть серьезная разница — за 200 рублей покупать молнию или за 20. С европейской дорогой фурнитурой удорожание продукта на выходе будет сильным. А детская одежда все-таки носится недолго, дети очень быстро вырастают, а значит, смысла для такого удорожания нет. И мы видим, как развивается российский производитель: например, многие уже делают классную детскую фурнитуру с фигурными замочками. И отражатели делают замечательные в России, и пуллеры! Свято место пусто не бывает — поиск сырья не стал для нас проблемой. В общем и целом мы переориентировались с поставками за неполных три месяца. Правда, за эти три месяца было много суматохи: рос доллар, перестраивалась логистика. Мы констатировали удорожание: те ткани, которые стоили 9 долларов, теперь стоят 11. Естественно, вначале, когда скакал курс валюты, все, кто могли на нас зарабатывать, это делали. И нам не оставалось ничего другого, кроме как закупать ткани по резко подлетевшей цене. Но за три месяца все устаканилось и пришло в норму.

Аркадий Иванов («Пике») рассказывает, что на его предприятии закуп полотна уже давно шел из Турции, но с марта по август прошлого года пришлось сильно реорганизовать логистические цепочки. Было много задержек, сдвинулись сроки, и с некоторыми поставщиками фабрика больше не работает из-за осложнения логистики. Зато вот уже год как выстроилась работа с узбекскими поставщиками — простые полотна (хлопок с эластаном) из Узбекистана по качеству не уступают турецкому, а по цене куда приятнее. Впрочем, какая-то часть сырья все равно остается турецкой:

— С точки зрения тканей Турция, конечно, на голову выше, чем, например, Китай. Китайские и турецкие ткани — совершенно разные вещи. Турция всегда предлагает что-то новое, интересное, технологичное. А Китай — ты им привез турецкий образец, и максимум что они могут — хорошо скопировать. Да, конечно, цена на него будет ниже, и логистика проще (поезд из Китая прямо к нам на станцию может дойти за две недели).

Российским производствам пришлось столкнуться и с перестройкой процесса оплаты: поскольку с евро и долларом сегодня не работают российские банки, были быстро налажены новые «мосты».

Аркадий Иванов («Пике») приводит пример: сейчас с Узбекистаном его фабрика рассчитывается в рублях (правда, с немалой комиссией за переводы), турецкие ткани оплачивает в лирах, а китайские — в юанях. Благо российские банки активизируют и расширяют работу в этих валютах.

Есть и другие системы: например, ООО «Балу» работает с зарубежными поставщиками через дилера, который выставляет цены в долларах. Расчеты происходят по текущему курсу Центробанка.

Марина Гвоздева («Балу») отмечает рост стоимости некоторых полотен примерно на 15%, но констатирует, что не может аналогичным образом увеличить цену конечной продукции, чтобы не снизить и без того сузившийся спрос на детскую одежду.

Аркадий Иванов («Пике») отмечает, что цены на свою продукцию фабрика пересматривает каждый год и потребитель к этому уже привык. По сравнению с прошлым сезоном подорожали некоторые позиции и сегодня: в среднем на 7—9%.

— А по себестоимости сложно сказать однозначно, — говорит директор фабрики. — Например, цена на некоторые виды полотен не изменилась, выросла только стоимость логистики. Влияет и курс валют. Узбекское полотно дешевле (и материал, и логистика), причем по некоторым видам полотен по качеству оно не уступает турецкому. Поэтому простые полотна (хлопок с эластаном) мы заказываем из Узбекистана. И на этот продукт у нас роста цены нет. Хлопок еще и сам по себе то растет, то падает — это волнообразная, гибкая флуктуация. Но я не сказал бы, чтобы потребитель был сильно недоволен, тем более что резкого роста цен у нас нет. Цена постепенно растет в целом по рынку, и потребители уже к этому привыкли.

Самый острый вопрос для всех игроков отрасли сегодня — кадровый голод. Тревогу бьют во всех поволжских регионах.

Марина Гвоздева («Балу») обращает внимание на то, что на месте разрушенной советской системы ОПК ничего нового создать так и не смогли. Профориентация в школах отсутствует «как класс», молодые люди идут в вузы и работают после них курьерами, а ручной труд не в почете. В швеи и вообще в созидание молодежь как-то не рвется. А попытки региональных властей трудоустроить в эту отрасль безработных ни к чему внятному не приводят: уровень обучения в центрах занятости очень низкий, и швейное производство не может там никого себе набрать.

— При этом даже при относительно неплохой для райцентра зарплате (у нас швея зарабатывает до 50 тысяч) молодежь к нам не хочет. Она воспитана на легких деньгах. Все стараются купить что-то подешевле и продать подороже на маркетплейсе. Но булки на деревьях не растут! Чтобы что-то продать, нужно сначала что-то сделать. К нам приходят устраиваться люди старшего поколения. Но обучать человека в 20 лет и в 55 — разные вещи, согласитесь? Надо отдавать отчет в том, что она ненадолго к нам пришла — лет на 5—7. А нам очень хотелось бы долгосрочных отношений. Тех, кто приходит с просьбой научить, мы обучаем, если у них есть потенциал. Но их очень мало, — констатирует Марина Гвоздева.

Аркадий Иванов («Пике») подтверждает общую проблему и рассказывает, что его предприятие старается деятельно ее решать. Набирает и обучает персонал. Работает со школами, пытается популяризовать профессию швеи и другие рабочие специальности. В местный техникум предприятие даже оборудование поставило для обучения — но там все равно не могут набрать студентов, которые готовы обучаться на швею:

— Швея — особенная профессия, там нужно терпение, усидчивость. Надо понимать, что у этой профессии своя целевая аудитория. У нас есть подшефная школа в городе, мы им поставим оборудование в кабинет домоводства, будем прививать любовь к швейной отрасли. После 10—11 класса у них будет уже «корочка», с которой они смогут пойти дальше учиться либо на швею, либо на технолога или конструктора. А потом — прийти на наши предприятия. Это наш долгосрочный проект на 10 лет вперед: мы пытаемся наладить такое сотрудничество между школой, техникумом, предприятиями, правительством республики, администрацией города. Все эти вопросы надо решать вместе!

Марина Гвоздева (ООО «Балу») честно признается: игроки отрасли ждут от государства в первую очередь финансовой поддержки, адресной помощи. Например, были бы рады, если бы компенсировалась какая-то часть затрат на участие в выставках.

— Ведь мы представляем не только свой конкретный бизнес, но и свой город, свой регион. Это ведь не только для моего личного кармана делается. Мы принимаем на работу людей, платим в бюджет налоги, которые на нашей фабрике исчисляются миллионами. Взамен, конечно, хотелось бы получать хотя бы какую-то осязаемую поддержку от региональных властей. Во время коронавируса нас сильно выручили федеральные субсидии, низкий поклон за это государству. Но и от региональных властей хотелось бы поддержки.

Марина Гвоздева обращает внимание еще и на то, что швеи на фабриках — в подавляющем большинстве женщины, причем многие из них социально не защищены. В их поддержке тоже хотелось бы больше участия муниципальных органов власти: например, путевок в санаторий детям из многодетных или неполных семей. Или адресной помощи работницам, оказавшимся в трудной ситуации. Предприятие пытается помогать за свой счет, но его возможностей недостаточно. Директор ООО «Балу» вспоминает, как лет 10 назад муниципальные власти однажды организовали бесплатный медицинский осмотр для сотрудниц фабрики, и говорит, что именно такие, социальные, конкретные меры хотелось бы получать в дальнейшем.

Параллельно выясняется еще и недостаточная информированность предприятий о доступных им мерах поддержки. Теоретически, если об их существовании знать, ими можно пользоваться. Например, Аркадий Иванов («Пике») рассказывает, что его предприятию удалось получить федеральный заем под 1% на оборудование — и закупить на эти средства автоматизированный раскроечный комплекс. Возмещение части затрат на оборудование предприятие получило и по республиканской программе. Он объясняет:

— Хорошие программы, по которым можно получить поддержку, есть. А вот чего остро не хватает — так это возможностей обучения для нашего менеджмента. Людям нашей индустрии не хватает знаний в маркетинге, в брендинге. Как правильно продвигать продукцию, как все правильно планировать. Есть много нюансов и инструментов, о которых мы не знаем и не умеем с ними работать. Было бы здорово, если бы была разработана какая-то обучающая программа. С другой стороны, такие программы есть, но они очень дорогие. Я прямо сейчас отправляю в Питер двоих сотрудников обучаться управлению швейным производством. Там на двоих за четыре дня получается 170 тысяч! А ведь нужно учить и других руководителей по другим программам. Возможно, государству стоило бы субсидировать такие затраты по обучению менеджмента предприятия или хотя бы возмещать их часть. Это серьезно помогло бы дальнейшему развитию отрасли!

/ RDT-info.ru

Выбор редактора:

Просмотров: 680
 
Читайте нас в Telegram-канале RDT-info.ru
mailru-share
Запомнить эту страницу на Twitter

Читайте также

  • 27/09

    Представители власти и бизнеса наметили будущее лицензионного рынка

    «Иностранные бренды не ушли из России, а в той или иной форме остались на рынке». «Если вы покупаете лицензионный бренд, который широко известен в мире, то вы просто привозите в Россию уже готовый товар». «Если же это не раскрученный бренд, вам нужно вложить деньги в пресс-формы, разработку дизайна, упаковки и многое другое. Очень часто это сдерживающий фактор на старте, при запуске производства лицензионной продукции».

  • 19/09

    Как меняется рынок детских товаров в России

    Российский рынок детских товаров переживает трансформацию – банкротства, усиление роли маркетплейсов и рост доли онлайн-продаж, уход иностранных продавцов и производителей, желание потребителя экономить. Разбирались, чем сейчас живет рынок детских товаров и как адаптируется к новой реальности.

  • 13/09

    Nutrilak: как компания увеличивала узнаваемость бренда питания для мам и малышей

    В Ingate с 2017 года увеличивали узнаваемость бренда питания для мам и малышей Nutrilak в России, Казахстане и Узбекистане с помощью медийной рекламы. Команда агентства раскрыла Sostav детали реализации кейса. Целевая аудитория: беременные девушки и мамы малышей до трёх лет.

  • 10/09

    Правообладатели и официальные дистрибьюторы лицензионных игрушек против недобросовестных импортеров

    Товары, которые попали в страну в качестве параллельного импорта, уже давно можно купить на крупнейших маркетплейсах «Вайлдберриз» и «Озон». Ситуация напрямую коснулась индустрии игрушек и товаров для детей. В сложившихся условиях легализации параллельного импорта на первой линии борьбы с контрафактом — правообладатели, официальные дистрибьюторы игрушек зарубежных брендов, а также уполномоченные ими юридические фирмы.

  • 14/08

    Как «выстрелил» розовый маркетинг «Барби»

    В продвижение «Барби» Warner Bros. вложила $150 млн, что превышает бюджета самого фильма на $5 млн. Чуть больше чем за две недели лента собрала в мировом прокате $1 млрд, сделав режиссёра Грету Гервиг первой женщиной в мире, фильм которой перешагнул отметку в миллиард долларов. Маркетологи уже назвали феномен гиперинтереса к картине «всемирной розовой лихорадкой».

  • 14/08

    Как изменился ассортимент магазина игрушек после ухода западных компаний с рынка

    Мария Голенкова, вице-президент по детским и ювелирным товарам группы компаний Inventive Retail Group, управляющая сетью магазинов «Мир Кубиков» поделилась с RDT-info.ru аналитикой рынка и последними новостями «с полей» ― остались ли дети без любимых брендовых конструкторов и прочих игрушек, опустели ли полки и какие процессы будут происходить на рынке в дальнейшем.

  • 14/08

    Альфа-дети на подходе: бренды должны готовиться к нашествию «цифровых ниндзя»

    Поколение «альфа» к 2024 г. достигнет 2,2 млрд человек. Эти дети еще более целеустремленны и привязаны к играм и технологиям, чем поколение Z. К чему должны готовиться маркетологи — в исследовании Razorfish.

Приглашают к сотрудничеству:

News image News image News image
News image News image News image
News image News image News image
News image News image News image
News image News image News image
News image News image
Перейти: Каталог брендов

О СОБЫТИЯХ

27/09Дискуссия о культурном коде России в детской моде призвана дать старт новым креативным идеям
27/09Как правильно работать с торговыми сетями обсудили на «Мир детства-2023»
27/09Все внимание развитию индустрии детских товаров уделили на форуме «Сделано в России»
26/09Стартовал региональный этап конгресса индустрии детских товаров
26/09В Москве открылись выставки «Мир детства-2023» и «CJF – Детская мода-2023. Осень». Фото
рассылка на e-mail
  • Новые комментарии
  • Популярные
Все права защищены и охраняются законом
© 2009 - 2023 RDT-INFO.RU - Обзор детской промышленности
Здесь вы найдете информацию о развитии детской промышленности в России, узнаете какие шаги предпринимает ассоциация индустрии детских товаров, какая ситуация складывается на рынке детпрома, в том числе в сегменте производства детской одежды, детского питания, детской обуви, детской мебели, товаров для новорожденных, детской медиа продукции.

}